Каждый месяц тысячи российских работодателей заполняют официальные формы и вписывают в них имена сотрудников, которых собираются уволить. Сами сотрудники об этом, как правило, не знают. Роструд публикует сводные цифры — и они за последние 10 месяцев выросли на 43%.
Цифра, которую вам не скажут на планёрке
Роструд вышел на заседание Российской трёхсторонней комиссии с неприятными новостями: к первому апреля в базе запланированных увольнений значится 105 147 человек. Ещё летом прошлого года таких было 73 572. 10 месяцев — и почти половина сверху. Это не флуктуация и не сезонный всплеск. Это направление движения.
Февраль дал 100 397 человек, март — 104 775, апрель перешагнул отметку в 105 тысяч. Стрелка ползёт вверх без остановок. Каждый новый месяц в этот список вписываются тысячи живых людей — с ипотеками, детьми и привычными маршрутами на работу, о которых они пока даже не задумываются.
Кого режут первым
Портрет «кандидата на выход» оказывается неожиданным. Это не разнорабочий с временным контрактом и не сезонный сотрудник склада. Под нож идут финансисты и налоговики, медицинский персонал, а также люди, которые годами считались непотопляемыми, — чиновники региональных и муниципальных органов власти.
Государство сокращает само себя — и это, пожалуй, самая странная деталь всей этой истории. Параллельно корпорации чистят бухгалтерии, финансовые отделы и аналитические службы. Офисный средний класс в белой рубашке — именно он сейчас в наибольшей опасности.
Отдельный сюжет — те, кто уходит сам, не дожидаясь приказа. Особенно много таких в IT, медиа, продажах и финансах. Ещё три года назад работодатели переманивали этих людей надбавками и опционами. Теперь они уходят в никуда — лишь бы не ждать, чем всё закончится.
Почему именно сейчас
Здесь сошлось несколько факторов одновременно — и это делает ситуацию особенно неприятной.
В бюджетной сфере всё упирается в простую арифметику: денег нет. За первые два месяца года дефицит государственного бюджета перевалил за 4,6 триллиона рублей — это на пятую часть выше того, что планировалось на весь год. Регионы режут расходы на всё, до чего дотягиваются руки. Фонд оплаты труда — один из первых пунктов в списке.
В коммерческом секторе картина другая, но не менее мрачная. ВВП в начале года ушёл в минус на 2,1% — после нескольких лет уверенного роста это ощутимый удар. Налоговая нагрузка выросла: НДС поднялся с 20 до 22%. Кредиты по-прежнему дорогие — ключевая ставка опустилась до 15%, но даже это для большинства бизнесов означает «занимать невыгодно». Компании не расширяются, новых людей не ищут, а имеющихся начинают пересчитывать.
Рынок труда отвечает на всё это в лоб: по данным SuperJob, за первый квартал резюме на платформе стало на треть больше, а вакансий — на 20% меньше. Люди ищут работу всё активнее. Работа от них — всё дальше.
«Это пока точечные сокращения»
Так заявил представитель Федерации независимых профсоюзов России Олег Соколов:
«Ситуация не носит массовый характер, это пока точечные сокращения. Прежде всего речь идёт о бюджетном секторе — работниках органов власти на региональном и муниципальном уровне».
Слово «пока» — самое важное в этой фразе. Пока компании держатся за людей любыми доступными способами: переводят на четыре рабочих дня, отправляют в неоплачиваемые отпуска, перекладывают обязанности уволенных на тех, кто остался. Это дешевле, чем законное увольнение, которое обходится в три средних оклада. Но запас таких манёвров не бесконечен. И судя по тому, как растёт реестр, многие работодатели уже исчерпали все мягкие варианты.
Парадокс: кадров не хватает, но людей увольняют
Самое удивительное во всей этой истории — то, что дефицит рабочей силы в России никуда не делся. Рынок труда сейчас похож на человека, у которого мёрзнут ноги и горит голова одновременно.
На заводах, стройках и в больницах — хроническая нехватка людей. По данным исследования «Работа.ру» совместно со «СберПодбором», 65% работодателей называют главной головной болью именно рабочие специальности: сварщики, электрики, бурильщики — их днём с огнём не сыщешь. Инженеров и технических специалистов остро не хватает у каждого второго предприятия.
А вот в офисах — картина обратная. Маркетологи, аналитики, HR-менеджеры, копирайтеры — всё это сейчас профицитные профессии с сокращающимися зарплатами и растущей конкуренцией за каждое место. Нейросети уже вполне уверенно пишут тексты, рисуют баннеры и составляют отчёты. Медиаиндустрия и маркетинг проходят, пожалуй, самую болезненную точку за последнее десятилетие.
Рынок разломился надвое. И в какой половине окажетесь вы — сейчас важнее, чем когда-либо.
Где рубят активнее всего
Географию сокращений возглавляют Москва и Московская область — неудивительно, ведь именно здесь сосредоточены штабы корпораций, управленческие надстройки и бесчисленные офисные этажи, которые сейчас методично расчищают. Следом — Красноярский край, Омская и Иркутская области.
Это уже промышленный пояс страны, где крупные предприятия взялись за административный балласт. Производственные линии не трогают — там и без того некому работать. Под нож идут те, кто сидит в переговорных, составляет презентации и согласовывает документы в семи инстанциях.
Что делать, если вы в зоне риска
Если ваш работодатель последние месяцы всё активнее произносит слова «оптимизация», «эффективность» и «пересмотр структуры» — это не просто мода на корпоративный новояз. Это, как правило, репетиция разговора, к которому вас пока не приглашали.
Один из самых распространённых скрытых сигналов — внезапно выросшие KPI. Работодатели поднимают планку до труднодостижимых высот, привязывают к ней большую часть премии — и тихо ждут, когда сотрудник сам решит уйти. Технически никого не уволили. Фактически — состав команды сменился.
Если увольнение всё же происходит по инициативе компании, торговаться можно и нужно. Стандартная компенсация — два-три оклада, для ценных специалистов цифра вырастает до шести. Плюс рекомендации и нередко — помощь с поиском нового места через партнёрскую сеть работодателя. Всё это реально получить, если не хлопать дверью при первом же неприятном разговоре.
Главное правило — не ждать у моря погоды. Обновить резюме, пока ещё есть действующее место работы, несравнимо проще, чем делать это с пустой строчкой в трудовой и нарастающей тревогой.
Вместо вывода
105 тысяч человек. Это не абстрактная строчка из отчёта — это живая очередь, которая каждый месяц становится длиннее. Бюджеты трещат, кредиты дорогие, нейросети наступают, а начальники зашуршали бумагами.
Весна 2026-го — не лучший момент, чтобы чувствовать себя в абсолютной безопасности. Лучше знать об этом заранее.